Добрый день, дорогие авторы и не менее драгоценные читатели!
Вот мы и дождались дня Х: Шестнадцатый внутрифорумский поэтический конкурс объявляю открытым! На ваш суд сегодня представлены 20 конкурсных и одно внеконкурсное стихотворение.
Прошу прочитать и оценить каждое произведение. Если не сможете прочитать все сразу, то обязательно вернитесь к этой теме попозже, чтобы дочитать и проголосовать.
Напомню задание:
Тема – Свобода во всех ее проявлениях, усложняющим элементом было обязательное присутствие в стихотворении любых синонимов.
Голосование будет длиться с этого момента до позднего вечера четверга, 23 апреля, после чего тему заморожу.
24 апреля подводим итоги и чествуем победителей в традиционной поздравительной теме.
Напомню о правилах:
1. Не комментировать, пока я не выложу все произведения. Подождите, когда стихотворение будет выложено до конца (на всякий случай в конце каждого будет маячок в виде слова КОНЕЦ).
2. Авторам произведений нельзя раскрывать свою анонимность до конца голосования.
3. Голосовать могут только пользователи с личной страницей на форуме.
4. Голосом за произведение считается только комментарий в виде +1 №… или +1 (...) непосредственно под стихом. Если у вас нет на клавиатуре плюса, то ставьте *1 №… словами плюс один не пишем!!!
Огромнейшая просьба!!! Если пишите комментарий, то делайте примерно так:
+1 № 55 или +1 (55)
И только потом - текст (Нравится/не нравится то-то и за то-то…).
Данное нововведение связано с тем, что очень тяжело не пропустить +1, если он стоит в середине или в конце комментария.
5. Авторы просят конструктивной критики, поэтому прошу не стесняться выражать своё мнение. Только очень прошу высказываться тактично и без излишней агрессии))
6. Голосовать можно за любое количество произведений, но только один раз.
7. Голоса пользователей, замеченных в явном троллинге или оскорблениях, учитываться не будут.
8. Голосование продлится до позднего вечера четверга (23 апреля). После тема закрывается.
9. Победит произведение, набравшее больше всех +1, о чём будет сообщено в поздравительной теме в пятницу, 24 апреля.
П.С. Авторы, если я забыла выложить ваше творение, то обязательно пишите мне на почту oksanka.sinyagina@mail.ru Внимание: не в тему, а на почту!
Итак, желаю всем приятного чтения!
Одиноки мы или свободны? -
Каждый смотрит на мир по-разному.
Лично я для себя свободная,
Хоть пытались учить уму-разуму:
"Не свободна ты, одинокая,
Парня нет, прогуляться не с кем".
Отвечаю "нет, я свободная.
А прогулки с подругой Леськой."
Чай пью с мамой, с сестрою Юлей -
Одиночеством и не пахнет,
Ну, а брат Мирослав в июле
Приглашает кататься в парке.
Есть коллеги, друзья, подруги,
Одноклассник, соседка новая...
Хоть и нет у меня супруга,
Одинока ль я? Нет, свободная...
КОНЕЦ
Одиноки мы или свободны? -
Каждый смотрит на мир по-разному.
Лично я для себя свободная,
Хоть пытались учить уму-разуму:
"Не свободна ты, одинокая,
Парня нет, прогуляться не с кем".
Отвечаю "нет, я свободная.
А прогулки с подругой Леськой."
Чай пью с мамой, с сестрою Юлей -
Одиночеством и не пахнет,
Ну, а брат Мирослав в июле
Приглашает кататься в парке.
Есть коллеги, друзья, подруги,
Одноклассник, соседка новая...
Хоть и нет у меня супруга,
Одинока ль я? Нет, свободная...
КОНЕЦ
Одиноки мы или свободны? -
Каждый смотрит на мир по-разному.
Лично я для себя свободная,
Хоть пытались учить уму-разуму:
"Не свободна ты, одинокая,
Парня нет, прогуляться не с кем".
Отвечаю "нет, я свободная.
А прогулки с подругой Леськой."
Чай пью с мамой, с сестрою Юлей -
Одиночеством и не пахнет,
Ну, а брат Мирослав в июле
Приглашает кататься в парке.
Есть коллеги, друзья, подруги,
Одноклассник, соседка новая...
Хоть и нет у меня супруга,
Одинока ль я? Нет, свободная...
КОНЕЦ
Одиноки мы или свободны? -
Каждый смотрит на мир по-разному.
Лично я для себя свободная,
Хоть пытались учить уму-разуму:
"Не свободна ты, одинокая,
Парня нет, прогуляться не с кем".
Отвечаю "нет, я свободная.
А прогулки с подругой Леськой."
Чай пью с мамой, с сестрою Юлей -
Одиночеством и не пахнет,
Ну, а брат Мирослав в июле
Приглашает кататься в парке.
Есть коллеги, друзья, подруги,
Одноклассник, соседка новая...
Хоть и нет у меня супруга,
Одинока ль я? Нет, свободная...
КОНЕЦ
таким одиночеством от стихотворения веет...
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
За жизненность
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
не совсем про маму поняла, правда
не совсем про маму поняла, правда
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
Ощущение, что уже читала.
Автор, вы его не публиковали ранее?
Ощущение, что уже читала.
Автор, вы его не публиковали ранее?
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
За душу, что у мамы отогревается)
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ
В небо рвется любая птица,
Даже если сломаны крылья.
Не дано смело ввысь нам взвиться
Нить порвать между сном и былью.
Ты же в детстве любила сказки?
И летала во сне отважно.
Жизнь, свобода, мечты и краски,
Остальное - совсем неважно.
А сейчас ты не веришь в чудо,
Что, подруга, с тобой случилось?
Этот взрослый цинизм - откуда
И летать совсем разучилась?
Ты в троллейбус лезешь набитый,
Дом, работа, все тихо и ровно.
Не сойдешь ты с привычной орбиты.
Ты не Маша, а Марья Петровна.
Но опять, лоб вжимая в стекла,
Залюбуешься облаками:
«Ну и что, что душа промокла
Отогрею, заеду к маме»
И помашешь вдруг пешеходу,
И захочется вновь влюбиться,
И почувствовать сердцем свободу.
В небо рвется любая птица.
КОНЕЦ