Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Рассылка
Подпишись на рассылку Дети Mail.ru, чтобы быть в курсе главных новостей

По следам конкурсов рассказов: напомнить и вспомнить

привет, народ писательский и читательский. пока наша дорогая М. придумывает (мы надеемся) условия нового конкурса (и побольше элементов, побольше!), я хотела напомнить кой-какие рассказы и вспомнить кой-кого поименно (пониково и поаватарно)
Тема закрытаТема скрыта
Пожаловаться
ОтписатьсяПодписаться
Комментарии
58
Коза Агата, 1 ребенок
во время писательских конкурсов зародилось несколько циклов рассказов. один из них - про 4 всадников - выкладывался уже отдельной темой
а я решила выложить цикл про ящеров
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
начатый, как положено Ящером, и продолженный разными авторами
СсылкаПожаловаться
Ящер

СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
милашка страшка
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
тексты выкладываю в хронологии появления. снабжаю эпиграфами, которые были написаны авторами или родились по ходу обсуждений
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Авторов пишу внизу
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Конец эпохи

 Первым это заметил младший. Звезда Хетен, и так самая близкая и заметная в это время года, увеличилась в размерах и засияла еще ярче.
- Смотрите, как она выросла! Мам, почему это? Это новогоднее чудо?
- Чудес не бывает, балда, - сказал старший. - Возможно, это какое-то астрономическое или атмосферное явление, связанное с завершением годичного цикла. Такое может быть, мам?
- Не знаю, - беспечно ответила мать. - Не слыхала о таком. А ты спроси у учителя завтра.
 Но назавтра стало понятно, что со звездой Хетен все в порядке. Свечения и размера ей визуально придавало находившееся совсем близко небесное тело, сейчас уже отдалившееся от звезды и ставшее заметным. Через два дня оно еще немного увеличилось в размерах и сместилось в сторону.
- Интересно, что это? - гадал старший - Комета? Астероид? Метеорит? Младшего же пока больше интересовали сразу два выпавших молочных зуба.
   Через три дня небесное тело выросло до размеров солнца и стало заметно не только в темноте но и в едва сгущающихся сумерках. Соседи при встрече с интересом его обсуждали и строили предположения.
А еще через пару дней многих это всерьез обеспокоило. Метеорит, как стали его называть между собой за неимением более точной информации, явно приближался к Земле,  и минует ли он ее благополучно, было неведомо.
В седьмую ночь старший никак не мог уснуть. Он глядел в огромный красный глаз метеорита и поневоле подслушивал разговор родителей.
- Что будет? - озабоченно говорила мать. - Сидим в этой глуши и ничего не знаем.
- Пролетит себе мимо, - зевнул отец.
- А если нет? Слушай, как ты думаешь...если мы все погибнем, на Земле когда-нибудь повторится разумная жизнь?
- Не говори глупостей, - проворчал он, — что это за ночные страхи...
- Ну почему. Такое ведь уже было раньше - она помолчала. - Если выживут хотя бы единицы из нас, то мы будем отброшены в развити на тысячи лет назад, но все равно восстановимся. А если погибнет все живое на Земле, то на восстановление жизни — от микроорганизмов — и на появление разума уйдут миллионы лет...
- И неизвестно еще что это будет за разум, - вздохнул отец. - Ладно, давай спать. Не паникуй раньше времени. Земля выживет. Не похоже, чтобы размеры этого метеорита позволяли нанести серьезный вред целой планете.
Старший долго плакал и почти не спал в ту ночь, но не рассказал ничего младшему брату, и не стал тревожить родителей расспросами. Потому что близких надо беречь.
А потом наступил последний день. Метеорит несся к Земле гигантским огненным шаром. Трава и листья свернулись от жара. Кто-то метался в панике, кто-то безнадежно застыл на месте. Дети отчаянно ревели и жались к родителям в попытках спрятаться у них под ногами. Мать, до последнего пытавшаяся сохранить присутствие духа, не выдержала, зажмурилась и уткнулась головой в шею мужа. Отец, беспомощно оскалившись, до конца смотрел в пылающее небо. Потом была вспышка, а потом не было уже ничего.
Отец был прав - Земля выжила. Но динозавры были стерты с ее лица навсегда. Разумная жизнь возродилась на Земле очень и очень нескоро.

ЯЩЕР
СсылкаПожаловаться
Просто АнониМ 69
этот прочитала первым, поэтому самый любимый
были слезы на глазах у нас с дочкой
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
я тоже так прониклась, что решила - им жить
СсылкаПожаловаться
Аноним 9, 2 ребенка
"меланхолия";)
СсылкаПожаловаться
Ящер
Я прочитала про аналогии, но фильм так и дошли руки посмотреть.
СсылкаПожаловаться
Аноним 9, 2 ребенка
хороший фильм, посмотрите обязательно)
СсылкаПожаловаться
Аноним Анонимович
Блин, это ж надо...я растроилась...материнские чувства во мне бъют колокола.
Не буду больше читать Ящера)))))она знает болевые приёмчики)))
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Альтернатива
Эстафета подхвачена!

- Мам, кажется, кофеварка сломалась!
- Она не сломалась, это ты ее сломал! Мам, это он!
- Ничего я не ломал, она сама! Я только хотел..! А ты… Мам, а он уроки еще не учил! И бабушку обидел. Обозвал ее знаешь как?
- Я не обзывал! Она сама про обезьян сказала!
- Таак… Оба замолчали. Кофеварка – ладно, допустим, сама. Все ломается. Уроки – ну что уроки, садись и учи. А про бабушку и обезьян подробнее. Это ты ее что ли так?
- Мам, я не обзывал! Она сама… Мы поспорили. Разве она не знает? Она же взрослая, я и то знаю. Я как раз хотел про уроки… Она спросила, что задано. Я про окружающий мир ей. От кого мы произошли, ну ты знаешь. А она про обезьян. Что мы от обезьян произошли…
- И что дальше? Почему бабушка обиделась?
У младшего выступили слезы. Старший смотрел в пол.
- Я жду.
- Ну я тогда сказал ей… Я сказаааал… Уууу…
- Он сказал: ну и происходи от своей обезьяны, а мы лучше – от них! Ну ты поняла, да.
И как не смеяться? Вот вы скажите, вы бы педагогично считали про себя до десяти? Я не смогла. Захихикав, обняла обоих и повела на кухню. Кормить ужином.
Пока расставляла тарелки, притихшие братья дружно разглядывали репродукцию. И зачем я согласилась повесить ее на кухне? Просили оба. Тут – место радости, а она всегда навевает какую-то тревогу и грусть.
Впереди – двое. Один поменьше и поизящнее, видимо, самка, прижимается ко второму, более крупному. Морду прячет в его шею, а тот смотрит вдаль, нахмуренно и напряженно. К ногам – лапам? – жмутся маленькие. Один вроде как подросток, другой совсем небольшой, оба с полными слез глазами и ужасом на лицах. Ну, на мордах. На мордочках. Кругом пожухлая трава, а сверху огненный шар, закрывающий собой чуть ли не полнеба.
- Мам, мам, так я хотел спросить! – дожевывая котлету, дергает меня младший. – Почему бабушка про обезьян? Она не знает что ли? Ну, про это? – сын махнул рукой в сторону картины. – Про метеорит этот, и про вспышку, и про мытацию?
Старший заржал:
- Мытация! Мы мытировали-мытировали…
Пришлось бросить на него строгий взгляд:
- Ты давно стал много знать? Вот и объясни брату. И про метеорит, и про мутацию. И про обезьян.
- Да я могу! Слушай, мелкий: прилетел метеорит, ящеры думали – все, каюк! Как на картинке, видишь? Смерть нам и конец цивилизации. В смысле жизни на земле и всему, чего достигли. А вышло не каюк. Они не погибли. Мутация. И стали у них дети рождаться другие.
- Как мы?
- Не, не сразу. Постепенно. То хвост отпадет, то зелень сойдет! Хагага!
Пришлось снова вмешаться:
- Вот он про хвост на уроке скажет, чему ты его учишь? Сынок, все было постепенно, и через много-много поколений появились люди. Такие, как мы.
- Я это поняла. А обезьяны?
Снова взял слово старший:
- А это альтернатива. Поди и не знаешь такого слова, эх ты!
Да что ж за такое! Строгих взглядов не хватит на них.
- Ладно, ладно, мам, я больше не буду. Слушай, братец. Альтернатива – это когда несколько … Возможностей. Версий. Гипотез. Ну вот раньше думали, нас создал Бог. Потом еще говорят что мы от инопланетян. Потом считали, что от обезьян. Типа древняя обезьяна трудилась и умнела… Гм… Вот я бы и тогда в это не поверил. Что от работы умнеешь. Молчу, мам, молчу. Я про альтернативу. И вот недавно уже… Как недавно? Когда мы-то не родились с тобой, пораньше. Когда мама в школу ходила, да? Тогда ученые изучали-изучали этот метеорит и куда делись динозавры. И открыли вот про вспышку и мутацию. Теперь считается, что это наиболее вероятная версия происхождения людей.
- А бабушка?
- Бабушке лет сколько? Она в школе еще про обезьян учила. Вот и верит в них. Другие в Бога верят.
- И в инопланетян?
- Нуууу… Кто-то может и в них.
- А мне во что верить? Во всю альтернативу нельзя в эту? Ну что и так, и так? Надо выбрать?
Так, пора завершать этот экскурс в динозавроведение.
- Сын, ты можешь верить хоть во что. Но не обязательно. Можешь пока подумать, почитать, подрастешь – выберешь то, что тебе больше нравится. Но! Урок нужно выучить. У вас про динозавров? Вот и давай. А про альтернативы можешь рассказать дополнительно.
- Тока, братан, про бабушку молчи, что она от обезьян хочет происходить!
Нет, вот что с ним делать? Вы бы считали до десяти? Я не смогла совершить сей подвиг: огрела балбеса полотенцем!

КОЗА АГАТА
СсылкаПожаловаться
Просто АнониМ 69
я верю в инопланетян)))))))))))
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Эстафета

   Да это не эстафета, а пинг-понг какой-то!

- Закрой за мной дверь, я ухожу! - наверно, хотел сказать Шуу-нгр, покидая жилище. И выражение лица у него было подобающее, решительно-суровое и торжественное. Но говорить он пока не умел, поэтому у него получилось что-то вроде «Аыыыргх-гн-ууургрум!». Да и двери у пещеры не было.
Ну почему каждый поход за мамонтом мужчине обязательно обыгрывать как невесть какой героический акт, вздохнула Эеора. Хотя...предкам, конечно, было проще. Дерево в сторонку отогнул, присел, сверху вниз хряп — и условный мамонт у тебя в зубах. Теперь не то. Измельчали мы, да...мутация, чтоб ее.
Она взяла каменный топорик для защиты и пошла к ручью. Умыться, почистить козью шкуру, частично прикрывающую тело. Шкура была хорошая, качественная, Шуу-нгр был хорошим охотником и заботливым мужем. Полюбовалась на свое отражение в воде. Да, женщины меняются быстрее. Уже у Эеориной бабки совсем не было хвоста. Кожа самой Эеоры гладкая и нежная, и напоминает чешую только зимой, когда шелушится в сильные морозы. А легкий зеленоватый оттенок она предпочитала считать интересной бледностью. А вот у Шуу-нгра еще сохранился хвостик, совсем небольшой, так что он даже изогнувшись не мог его как следует разглядеть, зато частенько его ощупывал, наглаживал и постоянно предлагал Эеоре полюбоваться на свое сокровище. Интеллектуально тоже — самцы почему-то утратили львиную долю своих умственных способностей, оказавшись отброшены в развитии на много лет назад. А без них все равно никуда. Мир-после-вспышки оказался заточен не под интеллект, а под таких, как ее муж — здоровенных, сильных, теплых.
Женщина вернулась к пещере, собрав по пути питательных орехов и сладких съедобных ягод. Большинство несъедобных уже были определены опытным путем.
- Эеора! Эеора! - раздался взволнованный зов мужа. Он подбежал к ней, схватил за руку, потащил за собой, на бегу выкрикивая: - Угрууум! Ввжжжууххх! Ого-го!
Он привел ее на поляну в нескольких сотнях метров от жилища. Рядом валялась убитая косуля, но на нее мужчина безразлично-нетерпеливо махнул рукой. Подвел жену к небольшому камню, в углублении которого тлела кучка сухой травы.
Шуу-нгр поворошил траву палочкой, ткнул туда пальцем, предостерегающе помахал им перед лицом жены — мол, нельзя, горячо! Присел на корточки и заглянул снизу вверх ей в глаза, радостно скалясь во все сорок четыре крупных заостренных зуба:
- У-е-гуа? У-е-гуа? Ого? Ого-го!
Эеора изобразила удивление и бурную радость, захлопала в ладошки, запрыгала вокруг, попутно подсунув новорожденному огоньку несколько травинок на подкормку:
- Видела, миленький, видела (когда ж ты уже эволюционируешь, несчастьице мое!). Ты изобрел Огонь!

ЯЩЕР
СсылкаПожаловаться
Просто АнониМ 69


во многом солидарна
СсылкаПожаловаться
Алена, 2 ребенка
Просто потрясающе. Блестяще.
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Не имя не розы

...Все же эстафета, а не пинг-понг: третий включился

Всякая комиссия прибывает неожиданно. Или делает вид, что прибывает неожиданно. Или те, к кому эта комиссия прибыла, делают вид, что комиссия прибыла неожиданно.
Декан, присланный епископом для инспекции в аббатство Святой Маргариты, целеустремленно шагал по дорожкам монастырского сада. Рядом с ним, придерживая края сутаны, торопливо семенил аббат. Декан был значительно выше, поэтому аббату было нелегко подстроиться под его шаг. Шествие, отставая на десять шагов, замыкал приор, он одышливо сопел и потел толи от страха перед инспектором, толи от излишнего веса и чрезмерной физической нагрузки.
Легкий ветерок колыхал листву, жужжали трудолюбивые пчелы, в пруду резвилась рыба, нарушая безупречную гладь водяного зеркала, вдалеке завела разговор кукушка и аббат, не отставая от нее, разливался соловьем.
— Не сомневайтесь, церковь мы отстроили в лучшем виде! Камень, витражи, роспись. А сейчас извольте осмотреть трапезную, там тоже…
— Нет, — декан был непреклонен, — сначала церковь. Именно на нее, как я понимаю, и пошли деньги, выделенные епархией?
— Да-да-да, конечно-конечно. Лучший камень, а витражи прямо светятся… Вы бы только знали, сколько стоит мышьяк!
— Хм… они должны сверкать, как бриллианты, если судить по сумме, на них потраченной!
— Вы не представляете, сколько с нас содрали камнерезы, а кровельщик, а плотник… — картинно заломил руки аббат
— Только не говорите мне, что денег мало и вы ждете очередное вспомоществование!
— Мы, конечно, выкрутились, но, увы — нам не хватило средств на оплату художнику!
Декан сурово нахмурился и аббат поспешно продолжил:
— Нам пришлось выбирать — либо позолоченный алтарь, либо фрески от мастера-живописца.
— Даже не представляю, что вы могли выбрать, — саркастически протянул декан.
— Благодарение Господу, один из нашей братии в юности ходил в помощниках у художника.
— Брат Теодор предивно расписал Дом Господень, извольте взглянуть, — сквозь одышку поддержал подоспевший приор, — Вот мы, собственно, и пришли.
Дом господень стоял на небольшом пригорке, и направленная в небо островерхая крыша казалась ладонями, сложенными для молитвы. Стрельчатые окна на фасаде поддерживали это устремление ввысь, а витражная розетка над входом отсвечивала на солнце яркими бликами.
— Хм, ну что ж, пока неплохо, неплохо, — декан покачался с пятки на носок, придирчиво осматривая церковь, — Теперь давайте посмотрим, что там изобразил ваш, так кстати подвернувшийся, Божий дар!
Вопреки рекламе аббата роспись церкви еще не была закончена — возле хоров стояли строительные леса и декан вновь нахмурился, но приор поспешил оправдаться:
— Последние, буквально последние, уф, штрихи. Брат Теодор недоедает, недосыпает — не щадя сил работает во славу Господню! Взгляните.
И в самом деле, роспись была превосходной. Проверяющий поймал себя на мысли, что, если бы он не знал, что работал здесь безвестный монах, то, пожалуй, и не догадался бы. Фрески в цветных от витражей лучах поражали той самой строгой красотой, которая приличествовала месту. Грешники страдали, праведники стремились к престолу господню, и дева Мария с младенцем на руках смотрела на присутствующих со смесью материнской гордости и печали, как будто заранее оплакивала своего сына.
Из-под потолка, с вершины лесов, послышался шорох, посыпались опилки, и раздался голос: «Отец настоятель? Вы здесь? Я сейчас спущусь!». Затем вниз свесились тощие ноги в стоптанных сандалиях, и очарование момента было нарушено. Декан с небольшим раздражением, хотя и не без интереса наблюдал, как к ним приближается нескладная фигура.
— Вот это брат Теодор, господин декан, тот самый из нашей братии, который…
— Да понятно…
Декан продолжал рассматривать живописца. Брат Теодор был высок, измазанная красками ряса была явно коротка. Редкие волосы дыбом стояли вокруг естественной лысины, плавно переходящей в тонзуру, а взгляд метался от присутствующих к фрескам, очевидно где-то в душе он еще продолжал работу.
— Ну что ж, — произнес декан почти дружелюбно, — должен сказать, что роспись действительно поражает. Я удивлен и обрадован вашим талантом и доложу архиепископу, что работа…
За его спиной аббат и приор с облегчением выдохнули, но монах неожиданно прервал похвалу:
— Нет-нет-нет. Здесь еще столько не сделано! Вот взгляните! — он схватил декана за рукав и чуть ли не силой потащил к одной из колонн, расписанной сценами всемирного потопа, аббат с приором в немом ужасе поспешили за ними. — Вот, — он протянул не оказывающей сопротивление жертве маленькое зеркальце, — вот, посмотрите: так они плывут слева направо, а так, справа налево! Так гораздо лучше! Надо немедленно все переделать!
Декан впервые за всю историю своих инспекций был сбит с толку, он беспомощно оглянулся, но монастырское начальство лишь развело руками: дескать, что поделаешь, художник!
— Я уверяю, что все и так… — он продолжал оглядываться по сторонам в поисках поддержки и вдруг уперся взглядом в прежде нез
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
— Я уверяю, что все и так… — он продолжал оглядываться по сторонам в поисках поддержки и вдруг уперся взглядом в прежде незамеченную фреску, украшавшую стену нефа. После секундного оцепенения самообладание вновь вернулось, и декан гневно стряхнул руку брата Теодора, — А ЭТО что такое?
— Праотец наш Адам, — растерянно пробормотал брат Теодор, не понимая причин начальственного гнева.
Изображенный на фреске человек явно был Адамом. На это указывал и костюм из фигового листка, и аналогично одетая дама рядом и пейзаж, состоящий из древа познания со свисающим с ветки змеем. Все было канонично и узнаваемо, за исключением одного…
— Почему он ЗЕЛЕНЫЙ?!?!?!
— Ну так Адам же, — брат Теодор был явно удивлен, что кто-то не понимает таких простых вещей, — ему и положено.
— Что?!?! — неожиданно синхронно спросили все присутствующие: декан грозно, а приор и аббат с нотками легкой паники.
Живописец-самоучка лишь укоризненно покачал головой.
— Было мне видение, — начал он робко, — на шестой день сотворил Господь зверей земных, скот и гадов земных и был премного доволен, ибо вышли они и разумом и ростом, имели сильные лапы и чешую и преуспели с момента своего творения… — голос постепенно креп и повышался. — Но попали они в сети врага рода человеческого, тогда разгневался Господь и ниспослал на них дождь из серы и огня. Однако сильно милосердие Всевышнего, пожалел он труды свои, и из праха, в который те ящеры обратились, был создан праотец наш Адам!
В церкви воцарилась мертвая тишина.
— Та-а-к… — угрожающе протянул декан, — значит вот что тут у вас — гнездо еретиков! О ваших новшествах в Писании немедленно будет доложено трибуналу инквизиции!
Приор побледнел и мешком осел на пол, а аббат принялся лихорадочно тереть Адама пальцем.
— Вот же, буквально вчера этого не было! Краска, краска еще не успела высохнуть, — он продемонстрировал декану дрожащую руку.
— Некоторые люди, — декан презрительно скривился, — думают, что легко убедят меня в том, что черное – это белое.
— Не погубите, — аббат рухнул на колени рядом с находящимся в полуобмороке приором, — Леса разобрали только что и мы его не видели! Вы посмотрите, все же остальные нормального цвета! А брат Теодор скорбен рассудком, неужели не заметно? Из христианского милосердия его здесь держим! — И он потянул брата Теодора за полу рясы, принуждая также опуститься на колени.
— Видение мое… — вновь начал тот, но аббат, перед внутренним взором которого уже стояли строгие доминиканцы, так двинул ему кулаком по лодыжке, что монах буквально рухнул на пол.
Несколько секунд декан молча изучал провинившихся: аббат смотрел умоляюще, приор стонал и держался за сердце, а брат Теодор, очевидно, вновь отбыл в мир живописных грез, где все плывут справа налево. Убедившись, что монастырское начальство все осознало, а монах-живописец действительно не от мира сего, он сменил гнев на милость.
— Ладно, раз уж деньги все равно потрачены…
— Сущие гроши, — попробовал вставить мгновенно оживший приор, но тут же скис под суровым взглядом.
— Больше ни медяка вы не получите, — отрезал декан, — этого блаженного сегодня же уберете с глаз долой, чтобы больше он к краскам и не прикасался, тоже мне, «патмосский пророк». Адама замазать и немедленно! А здесь намалюйте что-нибудь попроще, допустим… небо. Всем ясно?
Брат Теодор попробовал было возразить, но приор, с неожиданной для своей комплекции прытью, уже тащил его прочь. Секунды спустя из-за двери раздавался гневный рык: «Ты, негодяй, чуть не подвел нас под трибунал инквизиции, да я тебя как щенка утоплю, да ты у меня месяц, нет год, из хлева не вылезешь — будешь за козами, за лошадьми убирать!!!!»
Аббат встал с колен, отряхнул сутану и подобострастно обратился к декану:
— Надеюсь, что все недоразумения разрешились, извольте пройти в мой кабинет, где мы продолжим работу над финансами.
— Я же сказал, что денег…
— Нет-нет, напротив, по итогам строительства осталась некая сумма — на живописце-то мы сэкономили…
— Хм!
Декан согласно кивнул и решительно направился к выходу, аббат поспешил за ним.
— А после в трапезную — сегодня у нас молочная хрюшка с капустой!
— Хм!
— Ах да, пятница, тогда отменный зеркальный карп, из нашего пруда!
И никто из покинувших церковь так и не поднял головы к своду, где господь Саваоф во всей своей славе, строгий и бородатый, простирал благословляющую десницу над огромным зубастым ящером.

МУ-МУ
СсылкаПожаловаться
Просто АнониМ 69



СсылкаПожаловаться
Арсалана
Помню-помню! Концовка чудесная!
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
Сыны зверя

...И игра в паре

- Встань! Передо мной! Как лист! Перед травой!
Дальше тишина. Она углублялась и углублялась, почти уже звеня. Но тут подал голос один из:
- Предводитель, чо там? Нету, да? А вот ты зря мои скорики отверг, вот я знал…
- Заткнись и жди! – прошипел председатель, но разочарование уже ползло снизу вверх, сжимая сердце и выжимая слезы из глаз. И тут!
ГРРААУУБАААХ!
И еще БАХ, БАХ! Вспышки неоново-зеленого мешались с золотым и алым. Все повалились, а трусливый ковроненавистник уполз под стол, по пути стукнувшись лбом о его ножку.
Наконец грохнул последний БАах, и…

Цветные всполохи еще метались по паркету, а они уже устремились к очерченному кругу (правда, подстольный только выглядывал из убежища). Натыкаясь друг на друга, толком не видя ничего в дыму, ослепленные вспышками. И замерли, силясь разглядеть, что же там, в центре? Всего пара метров, но преодолеть их никто не решился, а увидеть не получалось. То казалось, что там пусто, то мерещилось что-то большое и темное.

В комнату хлынул морозный воздух – это подстольный выполз, открыл раму, а потом и дверь. Дым стал рассеиваться, и оказалось, там лежит… или сидит? Он. Тот, кого они так жаждали и так боялись увидеть. Размером с большую кошку. По-кошачьи же задрав лапу, как будто хотел почесать ухо – и обнаружил, что уха нет. А есть вокруг куча больших существ, и он переводит наивный взгляд круглых влажных глаз с лапы на них. С них на лапу – зеленую, чешуйчатую, с темными коготками. А из открытого рта капелькой слюны тянется шарик огня на дрожащей золотой ниточке. Падает, вспыхивает и гаснет.

***

За два часа до:

- Кто мы?
- Сыны зверя! - слаженно рявкнули десять одетых в черные плащи с капюшонами людей.
- Чего мы хотим?
- Гибели несовершенному миру!
- Чего мы ждем?
- Прихода прародителя!
- Когда мы это ждем?
- Прямо сейчас!
- А можно завтра? - нарушил стройный хор робкий голос, - я обещал жене выбрать новый ковер...
Председатель снял капюшон и устало потер виски.
- Эдуард! Ты опять идешь у нее на поводу? Это третий ковер за месяц. Ты же сам говорил, что ненавидишь ковры!
- Ну это совсем маленький коврик... Нам дадут хорошую скидку, - начал оправдываться обладатель робкого голоса, - ну пожалуйста, иначе она меня со свету сживет!
- Хватит! - рявкнул председатель. - Завтра не будет!
- Но ковер…
Председатель бесконечно терпеливо посмотрел на капюшон, закрывавший лицо собеседника.
- Ты же ненавидишь ковры?
- Да!
- И тебе до смерти надоела твоя жена?
- Да!! - воскликнул ковровладелец, все больше воодушевляясь.
- В твоих силах покончить с этим! Повтори!
- Я ненавижу ковры, эти затхлые пристанища пыли! И я больше никогда, никогда, не куплю ни одного ковра, что бы мне не говорила эта...
- Отлично! Продолжим! - председатель накинул было капюшон, но его снова прервали.
- Если дело касается пыли, то я сконструировал замечательную вещь, в высшей степени оригинальную. Изящная – чугунное литье лучших заводов, компактная – паровой котел объемом всего сто литров, работает практически бесшумно. Опытный образец как раз проходит испытание, и, надо сказать, результаты превосходные – уцелело больше пятидесяти процентов ковра.
Председатель тяжело вздохнул:
- Вениамин! И все вы! Наш мир уже погиб. Мы забыли, кто мы. Нам льют в уши старые сказки и новомодные теории об обезьянах, тогда как наши истинные прародители преданы забвению. Но вы помните, что мы дети зверя! Мы вызовем прародителя, дабы он покончил со всем, что оскорбляет его память!
Почти выкрикнув последнюю фразу, он с силой стукнул кулаком по кафедре и отшиб мизинец. Несколько минут паства прислушивалась к доносящимся из-под капюшона неразборчивым ругательствам. Но голос председателя вновь вознесся:
- Сегодня все решится! Ведь именно сегодня, - голос упал до зловещего шепота, - прародитель...
На этих словах освещавшие комнату газовые рожки погасли и воцарилась тьма. Раздался звук падающего на пол тела – кто-то не выдержал накала эмоций и грохнулся в обморок.
- Минуточку, просто мы задолжали за освещение газовой компании - голос принадлежал изобретателю «замечательной вещи», - здесь должны быть свечи.
Спустя несколько минут темноту разбавили робкие огоньки и председатель вновь предпринял попытку взять ситуацию под контроль.
- Уберите истеричку, - он качнул капюшоном в сторону излишне впечатлительного «сына зверя», и ближайшие соседи, подхватив того под руки, поспешили к выходу. Суетливые движения выдавали явное облегчение от того, что им приходится покинуть собрание. Оставшаяся братия молча наблюдала.
- Может, перенесем на завтра, магазин ковров уже скоро закроется, - вновь подал голос жертва семейной жизни.
- Ну уж нет! - неожиданно взвизгнул председатель, - Трепещите, ибо грядет зверь-прародитель! К делу. Вы выполнили задание?
- Да! Мы искали! Мы нашли!
- Давайте по порядку. Ты, Вениамин, говори первый.
- Вингардиум левиоса!
- Ну что, вполне. Молодец. Теперь ты?
- Аш назг дурбатулук, аш назг..
- Стой, стой, загнул! Поосторожнее, а то вообще тут
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
- Стой, стой, загнул! Поосторожнее, а то вообще тут устроим. Хватит трех слов. Следующий!
- Крекс пекс фекс!
- Что за детский сад? Следующий давай там.
- Бамбара, чуфара, лорики, ерики…
- Скорики-морики! Одну книжку детскую читали? Что нормальное то есть? Вы чего притихли, парочка?
- Ин вино веритас!
- Вени, види, вики!
- У этих другая книжка – учебник латыни. Ладно, куда ни шло. Кто там остался, Эдуард?
- Сивка-бурка! Вещий каурка!
- Хахаха!
- Гогого!
- Ааа!
- Прекратили ржать! Слушайте, а в этом ведь что-то есть. Мы, правда, не ту каурку вызываем, однако… Твоим и завершим. Все вместе должно сработать. Давайте все по новой. Только без лориков-мориков.

***

- Ч-что это? - раздался дрожащий голос из-под стола.
- Ящер, неужели ты не видишь, тупица! - произнес председатель после небольшой паузы.
- Но он же…
Председатель и сам был в сильном замешательстве. В первую очередь потому, что заклинания все-таки сработали, во вторую потому, КАК они сработали. Он всматривался в глаза рептилии, по-младенчески круглые и наивные, с неуместными на зеленой морде длинными загнутыми ресницами. В левом глазу начинала набухать крупная слеза.
Разброд и шатания среди паствы тем временем усилились
- А я говорил, говорил, надо было брать мои заклинания! - поклонник «скориков» раздраженно стряхнул с головы капюшон, - Все, мне надоело! Ждали праящера, а получили домашнюю зверушку! Я ухожу!
И сделал шаг к двери. Остальные поддержали его нестройным ропотом одобрения. И в этот момент из глаз чешуйчатого пришельца хлынули слезы и он заревел. Из пасти вперемешку с воплями вырывались огненные протуберанцы и горячий пар. Язык пламени поджег полу плаща взбунтовавшегося сына зверя. Тот с воплем сорвал с себя плащ, кинул на пол и принялся топтать ногами. На то, что под плащом оказался неуместный в легкомысленных розочках сюртук и розовые брюки, заправленные в щегольские лакированные сапоги, никто не обратил внимания. Все в ужасе смотрели, как гнев прародителя в одночасье настиг усомнившегося. Председатель вновь поспешил восстановить контроль над аудиторией.
- Сыны зверя дождались! - с пафосом провозгласил он, поднимая руки, - Прародитель вернулся к нам! Пусть он еще мал и слаб, но сила его огромна! Придет час и он принесет погибель всему, на что упадет его взгляд! Мы же будем рядом, будем хранить и растить его, пока не наступит его время! Время конца мира!
- А что же нам делать сейчас? - спросил бунтарь-неудачник
- Сейчас? Постарайтесь, чтобы он больше не плакал!

***
Сначала в открытую дверь протолкнулось нечто цилиндрическое, выше человеческого роста, поддерживаемое хрупкой человеческой фигуркой. При ближайшем рассмотрении нечто оказалось свернутым в рулон ковром. Дракончик, пытавшийся поймать первую весеннюю муху, заинтересованно повернулся к двери. Председатель, оттиравший от стены сажу (последствие неудачной ловли мух), недовольно поморщился.
- Скажи мне, Эдуард, - начал он издалека, - зачем ты ЭТО сюда притащил?
- Ну… у нас тут слишком уж мрачно. Нельзя ребенку расти в такой обстановке. А ковер придаст уюта.
- Но у нас же не простой ребенок. Он может дышать огнем. Он уже опалил все стены. К нам перестала ходить прислуга. Соседи дважды вызывали пожарную бригаду!
- Ручаюсь, этого не повторится! - вмешался в разговор Вениамин. - Для начала вот, взгляните, - он поставил на пол какую-то хитрую конструкцию и повернул ключик. Звеня и подскакивая на пружинах, конструкция покатила по комнате. Дракончик мигом потерял интерес к бесперспективной мухе и поскакал вслед. Он почти догнал ее и собрался придавить лапой, но конструкция подскочила на трещине в паркете, заложила крутой вираж и счастливо избежала пленения. Кренясь на повороте, дракончик поспешил за ней. Председатель поймал себя на мысли, что наблюдает за этой картиной… с умилением? Тайком оглянувшись – не заметили ли присутствующие? - он увидел то же выражение и на их лицах. В это время дракончик решил применить оружие дальнего боя. Он на мгновение замер, сосредоточился, и конструкцию накрыл огненный шар. Все испуганно замерли, но огонь как-то быстро опал, оставив лишь следы сажи на многострадальном паркете, а цель обстрела, невредимая, покатила дальше с веселым звоном. Дракончик продолжил преследование.
- Плюс мой новый огнеупорный состав! - как ни в чем не бывало продолжил неунывающий изобретатель, - с ним нам не страшны пожары! А моя в высшей степени оригинальная машина для уборки позволит нам раз и навсегда отказаться от прислуги! Правда, - он замялся, - она находится на этапе разработки и требует некоторых средств…
Председатель молча раскрыл бумажник:
- Только ради того, чтобы прародитель овладел миром!
Отделив несколько купюр, помедлил и добавил еще одну:
- И купи фруктов – ребенку нужны витамины!
МУМУ+КОЗА АГАТА
СсылкаПожаловаться
Просто АнониМ 69
здоровский
СсылкаПожаловаться
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
Вы не ввели текст комментария
Вы не ввели текст комментария


Подпишитесь на нас
Новости Дети Mail.ru