Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиВКонтактеИгрыЗнакомстваНовостиПоискОблакоComboВсе проекты

Какое низкое коварство!

заставлять людей писать рассказы в паре
тема для тех, кому интересны форумские писательские конкурсы и эксперименты
низкоковарная Коза Агата (далее - организатор) воплотила очередную идею совместного творчества
приходите читать, угадывать, в экспериментах мы не голосуем
авторов угадываем по парам (по определенным причинам некоторые писали без пары)
КапсЮль - Надин Губер
Сквидвард – Женька-пенька 
 Божья Коровка – Мадам НД   
Некоторые люди такие дуры - Ящер
Любая женщина всегда в итоге осень - Некоторые люди такие дуры 
Роль второго плана – Кукушка
 Арсалана
Крысатуля


через пару дней выложу итоги
Тема закрытаТема скрыта
Пожаловаться
ОтписатьсяПодписаться
Комментарии
335
1345678914
Комментарий удален.Почему?
История переписки5
Я не знаю, как там задумывал автор, но бабушка-уборщица выглядит более подозрительной, чем кто бы то ни было.
СсылкаПожаловаться
Комментарий удален.Почему?
Комментарий удален.Почему?
История переписки7
И промышленным шпионом под прикрытием.
СсылкаПожаловаться
Kukushka, 1 ребенокВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
Он уважать себя заставил
-          …За мной следят!  - Юра сидел напротив меня за столиком в кафе "Онегин", изо всех сил стараясь не вертеть головой, не смотреть по сторонам и даже не шевелить губами, и выглядел от этого крайне неестественно.
-          Кто?
-          Откуда я знаю? Двое, по очереди, лиц не видно, ходят в черных худи с капюшонами. Один тощий, молодой парень, наверно, или просто дрищ. Второй повыше и покрупнее, кажется, в очках – видел блики из-под капюшона.
-          Да сейчас все в таких худи ходят. И в подвернутых джинсах. Ты себе ничего не надумываешь?
-          Первую неделю я тоже думал, что мне кажется. – Юра одним нервным глотком всосал полкружки пива. – Но я ж не слепой все-таки и не идиот. Сейчас пошла уже третья неделя – и это только как я их заметил! Сначала они просто пасли меня, утром от подъезда, вечером после работы, потом у автосервиса… а позавчера я вернулся в офис с обеда – а мой компьютер повернут немного в сторону. Монитор.  Они его включали, искали что-то, и сдвинули случайно.
-          Ладно, допустим. Но зачем? Что там у тебя, миллионные теневые вклады, оборонные проекты, наследство от бабушки из Аргентины, что?
-          Да ничего! Понимаешь, ничего! Ни вкладов в оффшорах, ни бывших жен, ни брошенных детей, ни неизвестных родственников! Дом-работа-футбол! Я и так весь как на ладони! - он перевел дух и скосил глаза, показывая мне за окно: - Вот, смотри. Вот он.
Я посмотрел на улицу. Напротив кафе изучал вывеску валютного обменника худой парень в узких джинсах и черном худи с капюшоном. Изучил, осмотрелся, сфотографировал ее и пошел дальше.
Юра остановившимся взглядом смотрел на стену с надписью "Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог" и комкал в руках фирменную салфетку.
- Все, ушел твой шпик.
- Конечно, отошел. Он ведь тоже не идиот…
 
…В первый раз я вспомнил этот разговор, благополучно выброшенный из головы, когда узнал, что Юра за три недели сгорел от вируса. «Эх, не того ты боялся», - подумал я тогда. А второй раз – вчера, когда, вернувшись в офис после обеда, увидел свой монитор сдвинутым на несколько градусов.
 
В голове закрутился ураган мыслей. За мной следят? Кто и зачем? Стоп, спокойно, давай разбираться. По пути в курилку я встретил новую уборщицу:
- Галина, доброе утро! Вы не видели случайно, ко мне сегодня никто не приходил, не работал на моем месте?
- А пес их знает! – Галина (кажется, Андреевна) ожесточенно натирала полы перед лифтом. – Ходют и ходют. Я ваших еще не всех знаю. Обуют кроссовки свои, из подошвы грязь, что из лесу. Еще кофем своим капают везде! Наушники нацепят, кружки с кофем возьмут и ходют по коридорам, сосут его. Вот на той-то работе, Евгений Александрович, так не было! Там хоть и компьютерщики, а культурные – кофе только на кухне, порядок был!
«Порядок ей, - недовольно подумал я. – Пусть скажет спасибо, что и ее взял на работу из захиревшей Юркиной конторы». Весь день работа не шла, мысли разбегались как тараканы. Собрал своих охламонов, с удовольствием устроил разгон: заказ идет из рук вон плохо, приложение не работает, ловит бесконечные баги. Под одобрительные взгляды уборщицы, натирающей окна в моем кабинете, добавил втык по поводу повсеместного распития кофе вместо работы. И мне полегчало, отпустило. Ерунда все. Совпадение. 
Вечером, на парковке у офиса, я чуть не столкнулся с каким-то незнакомым парнем. Черное худи, капюшон скрывает лицо, при виде меня отвернулся, якобы закуривая. Не тот, которого я видел у кафе «Онегин». «Да сейчас все в таких худи ходят. И в подвернутых джинсах», - напомнил я себе слова, которыми успокаивал тогда Юрку. На всякий случай тут же позвонил своим знакомым шутникам - и убедился, что это не они. И под ложечкой засосало с новой силой.
 
Дома я первым делом закрыл дверь на все замки и на цепочку изнутри. Выпил рюмку водки, аппетита не было. Кто может организовать за мной слежку? Называется, почувствовал себя в Юркиной шкуре. Только меня-то за что? Зачем? Пытаются украсть разработки по приложениям? Я горько усмехнулся: еще б они были, эти разработки.  Юркиных мозгов-то у меня нет. Только его крайне некомфортная шкура… Одной рюмки показалось мало, и я не заметил, как опустело полбутылки. Наконец, провалился в сон.
В вязкую сырость сна вторгся пронзительный телефонный звонок. Еще не вынырнув из тумана, приложил трубку домашнего телефона к уху: "Алло!" Ответом мне была гнетущая мертвая тишина и короткий низкий смешок, затем пошли короткие гудки. Заснуть я уже не смог. А утром, проверяя почту, увидел мейл от неизвестного адресата. Холодея от неприятных предчувствий, распаковал: во весь экран телефона  мне грозил костлявым пальцем и ухмылялся череп, а под ним красовалась надпись: "Жалок тот, в ком совесть не чиста".
 
Я перевел дух, унял дрожь в руках и нашел в контактах давно неиспользуемый номер. Номер Стаса, Юркиного шефа, а также нашего с ним бывшего однокурсника.
- Твои штучки? – я сходу взял быка за рога.
- Какие штучки? – холодное недоумение в его тоне было очень естественным, но я не думал сдаваться:
- Ну как же. Слежка, парни в капюшонах, звонки на домашний, криворукие подсадные у меня в офисе в компе роются. Что, похерил фирму и на мне решил отыграться?
- Ну ты и мразь, - помолчав секунду, с нескрываемым презрением ответил Стас. – Это у меня ведущий специалист и друг впал в паранойю и форматнул диски со всеми разработками и наполовину готовыми проектами, а потом слег и умер. Это у меня ты перехватил полколлектива, потому что я им пока не смогу платить на прежнем уровне. А тебе опять что-то не так и опять кто-то тебе виноват? Какое ты ничтожество, Макаров. Я-то поднимусь, с Юркиными разработками или без, один раз поднялся и еще раз сделаю. А ты так и будешь сопли жевать, телиться и виноватых искать, пустое место. – и он бросил трубку.
            Как же я его ненавидел! За его бычье упорство, спокойствие и работоспособность. За удачливость. Да плевать я хотел, что типа он сам всего добился. Не бывает так. Просто повезло. За Татьяну…
 
            Приехав на работу, я чуть ли не крадучись прошмыгнул в свой кабинет. Монитор стоял ровно, и «контрольная» скрепка, вчера неустойчиво прислоненная к краю клавиатуры, была на месте. Выдохнул, включил комп, и увидел на рабочем столе папку Yu_Vorobyov_PROGLASS_beta. Ю. Воробьев? Какой-то Юркин проект? Любой школьник знает, что нельзя открывать неизвестные файлы, да еще в моей ситуации, но я открыл – и папку, и содержащийся там файл. Видимо, совсем плохо соображал на нервах. На экран выскочили два мультяшных одинаковых дурня с радостным воплем: «Что, новый хозяин, надо?!», и сразу за их появлением запустился длинный код. Я пытался уловить его назначение, но очень скоро символы шустро, как тараканы, разбежались во все стороны.
            Весь день я не мог собрать мысли в кучку, толком не работал, шарахался от сотрудников, потягивал припасенный для важных клиентов коньяк. День прошел без происшествий. Ушел с работы рано, часа в четыре – в конце концов, шеф я или не шеф.
            От греха подальше решил ехать в метро. В толпе на пути к платформе меня толкнули в плечо и низкий голос сказал на ухо: «Позвони родителям». Я панически дернулся, оглянулся – в толпе мелькнул черный капюшон. Я заорал: «Стой, сволочь! Только посмей что-то сделать, слышишь!» и бросился за ним, расталкивая и без того шарахающихся от меня людей. Догнал, дернул капюшон. И ко мне обернулось гневное молодое лицо высокой девушки. «Простите, обознался», - пробормотал я, тяжело дыша. Сердце чуть из груди не выскакивало.
Маме я позвонил сразу, она очень обрадовалась, но и заволновалась – звонками я родителей не баловал, обычно она звонила. Все у них было хорошо, я замаскировал свое беспокойство и просьбу быть осторожнее за обычную заботу в связи с новомодной заразой. Пообещал звонить теперь каждый вечер. «Пока смогу», - добавил про себя. Мне вдруг стало страшно себя жаль.
На следующий день на работе меня ждал вал звонков от клиентов. Оказалось, почти все они вчера получили от меня по почте свои заказанные приложения и модули, и все они сбоили, не работали или вообще вещали им систему напрочь. Ну еще бы. Потому что ни один из заказов и далеко не был завершен и отлажен, над ними еще работать и работать. Но тем не менее в моей почте, в отправленных, действительно были письма с вложениями. «Что, новый хозяин, надо», - устало усмехнулся я. После третьей бессонной ночи я не мог уже ни пугаться, ни удивляться. Вернувшись с обеда и снова увидев сдвинутый монитор, я только пробормотал: «Да понял я, понял. Я под колпаком…»
 
Вечером ноги сами понесли меня в "Онегин". Столик брать не стал, сел за барную стойку, заказал виски. Оглянувшись, увидел за двумя сдвинутыми столами у окна своих одногруппников, и Стас с Таней, конечно, тоже были там. Точно, сегодня же собирались Юру поминать. Выпил виски, заказал еще двойной, никак не в силах унять дрожь в руках. Бармен в маске и бейсболке протянул мне стакан и Юркиным голосом спросил:
- Макаров, тормози, сопьешься... Чего молчишь, глаза таращишь, я это, я. С того света вернулся. Похороны свои разыграл, иначе, думал, в дурку попаду. Слишком хорошо твои парни сработали, запугивать умеют. Жадные вот только и глупые. Только я на них надавил и перекупил, как они мне заказчика – тебя то бишь – тепленьким и сдали. Я понял, что тебе наши со Стасом разработки интересны. Я вне игры, у Стаса ты всех нормальных ребят сманил, заказ тебе отдали, конечно. Только одного не пойму я, зачем тебе все это было надо? Неужели денег не хватало?
И тут я сорвался и начал орать:
- Да почему ему все лучшее в жизни достается?! Звезда факультета, староста группы, душа компании! Все ему: отличные оценки, успешная фирма, лучшие девушки! А мне нужна была только одна, понимаешь? Но и она выбрала его! А тебе я плохого не хотел, так, припугнуть только, чтоб ты работать не мог, и он разорился!! Ненавижу его! С института ненавижу!
 - Вот это пассаж! – как-то даже восхищенно протянул Стас.
 - Кстати, знаешь, на чем ты спалился? – спросил Юра. – Ты переборщил. Не стоило двигать мой монитор. Ну совсем же глупо – что шпион шарит в моем компе, сидя за ним в обед! Надо было инсценировать взлом сервера, почты там, еще чего… Это тебе на будущее совет, имей в виду, совершенствуйся.
- Не двигал я твой монитор, - зло буркнул я. - И команды такой не давал. А ты, если такой умный, зачем со мной это стал повторять?
            Юра удивленно поднял брови, но я от него уже отвернулся. Обвел взглядом затихших одногруппников и увидел Танины глаза: бесконечное презрение и отвращение в них. Ничего не соображая от стыда и ярости, выбежал из кафе. Домой шел пешком, остужая на ветру пылающую  голову. Ай да Юрка! Вот уж уважать себя заставил. Теперь кончена для меня тут жизнь: нет ни друзей, ни репутации, ни семьи. Обдумывая свой отъезд как можно дальше отсюда, я уже понимал, что всю жизнь буду переживать этот позор.
           
В понедельник к обеду я все-таки приполз на работу. В моем кабинете хозяйничала уборщица.
- Здравствуйте, Евгений Александрович. Последний раз вот у вас убираюсь, меня на прежнее место позвали, уж не обессудьте...
            Я молча кивнул, дожидаясь, пока она вытащит из-под моего стола мусорное ведро, неловко выпрямится, протискиваясь между столом и тумбой, задев могучим бедром монитор, вздыхая: «Что ж у вас всех так узко-то везде, модно так нынче, что ли…» Сел за стол и задумчиво смотрел, как Галина Андреевна с изяществом ледокола продвигается по комнате разработчиков за стеклянной стеной, лавируя между столами, тараня тумбы и задевая технику…
Конец.
 

СсылкаПожаловаться
Очень сильно закручено, а потом сюжет раз и как пружина резко раскрылся
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенок
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенокВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
как вкусно!
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенокВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
а тут есть бычок?
СсылкаПожаловаться
КапсЮль, 2 ребенкаВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
а тут есть бычок?
СсылкаПожаловаться
История переписки2
Был. Вкусный)
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенокВ ответ на КапсЮль
КапсЮль
Был. Вкусный)
СсылкаПожаловаться
История переписки3
Кстати молодых оленей тоже бычками зовут
СсылкаПожаловаться
КапсЮль, 2 ребенкаВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
Кстати молодых оленей тоже бычками зовут
СсылкаПожаловаться
История переписки4
На глазах изумленных зрителей Коза достаёт из контекста быка))
СсылкаПожаловаться
Коза Агата, 1 ребенокВ ответ на КапсЮль
КапсЮль
На глазах изумленных зрителей Коза достаёт из контекста быка))
СсылкаПожаловаться
История переписки5
Вы сами бычатину прикидывали
СсылкаПожаловаться
Надин Губер, 2 ребенкаВ ответ на КапсЮль
КапсЮль
На глазах изумленных зрителей Коза достаёт из контекста быка))
СсылкаПожаловаться
История переписки5
Причём сразу жареного!
СсылкаПожаловаться
КапсЮль, 2 ребенкаВ ответ на Надин Губер
Надин Губер
Причём сразу жареного!
СсылкаПожаловаться
История переписки6
Алле-оп!)
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Отлично получилось!
СсылкаПожаловаться
КапсЮль, 2 ребенкаВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Эх, блин, с детства люблю шашлык и "Борьбу за огонь".
Надеюсь, это была телятина ил БЫЧатина))
СсылкаПожаловаться
КапсЮль
Эх, блин, с детства люблю шашлык и "Борьбу за огонь".
Надеюсь, это была телятина ил БЫЧатина))
СсылкаПожаловаться
История переписки2
Вроде оленина, если я внимательно читала.
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Всего то намочить палку, на которую мясо насадить)))
Утром уже придумал, думаю))
СсылкаПожаловаться
КапсЮль, 2 ребенкаВ ответ на Нечта зимнее
Нечта зимнее
Всего то намочить палку, на которую мясо насадить)))
Утром уже придумал, думаю))
СсылкаПожаловаться
История переписки2
Наш новый вождь Нечто Осеннее) Поднимаем руки в приветственном жесте, дамы))
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Понравилось.
И мяса захотелось)))
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
«Вот ты о еде заговорил, и мне сразу есть захотелось»))) (с)
Симпатичный рассказ, и название очень подходит
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Здорово! И вкусно!
СсылкаПожаловаться
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться
Я как раз сейчас мясо жарю.
СсылкаПожаловаться
Роль второго плана
Я как раз сейчас мясо жарю.
СсылкаПожаловаться
История переписки2
А мы уже пошашлычили
СсылкаПожаловаться
Kukushka, 1 ребенокВ ответ на Коза Агата
Коза Агата
И лучше выдумать не мог…

 
  Игу проснулся от толчка в бок.
- Вставай! – голос Уны звучал у самого уха. – Я иду в лес, а ты останешься охранять огонь!
Он недовольно заворчал и плотнее завернулся в старую шкуру.
- Игу, просыпайся,- не отставала Уна, продолжая трясти его за плечо.
  Зная ее сварливый нрав, он нехотя поднялся и, прихрамывая, вышел из пещеры.
 
 На большой поляне собрались все мужчины племени. Они проверяли свои копья и поправляли защитные амулеты - предстояла большая охота. При виде Игу некоторые из охотников подняли руки в приветственном жесте. „Каждый раз таких становится все меньше“,- тоскливо подумал он и почувствовал, как заныла поврежденная нога.
 
 - Удачной охоты,- крикнул Игу. Он лучше всех знал, как им необходима удача. Без еды племя будет обречено на голод. Он вдруг особенно сильно ощутил свою бесполезность. Страшный удар огромного зверя превратил лучшего охотника племени в обузу. Если не удастся сделать достаточно запасов на зиму... Сколько его еще будут кормить?
 Из груди вырвался тяжелый вздох - и Уна все еще привлекает внимание здоровых мужчин. Настанет день, и он потеряет свое право на нее… Игу с грустью посмотрел на уходящее племя. Теперь его место у большого костра.
 
 Над редкими деревьями все выше поднималось солнце. Вслед за охотниками ушли на сбор кореньев женщины и дети. Селение, за исключением нескольких стариков и младенцев, опустело. Игу задумчиво смотрел на огонь, время от времени подбрасывая в него сухие ветки. Неподалеку от него стоял маленький Уви. Мальчик увлеченно царапал камнем на скале странные картинки.
 
  Ближе к полудню мужчина проголодался. Он с трудом поднялся с замшелого камня и решил пойти в пещеру. Там, в дальнем углу, Уна хранила запасы с последней охоты. Но огонь? Его нельзя упустить -  разжечь новый ему одному будет не под силу. Игу огляделся:
- Эй,- крикнул он Уви. – Присмотри за огнем!
Тот что-то пробормотал в ответ, не отрываясь от увлекательного занятия.
 
 Игу задержался в пещере, выбирая кусок оленины на обед, и теперь спешил обратно. Его не покидало тревожное чувство. Так и есть! Игу нахмурился – глупый мальчишка стоял на прежнем месте, а в костре догорали ярко-красные угли. Он чуть не опоздал! Теперь нужно идти быстрее! Внезапно боль в раненой ноге пронзила все его тело.  Падая, мужчина инстинктивно вытянул руки вперед и разжал пальцы. Мясо упало прямо на раскаленные угли.
 
   Приволакивая ногу, Игу подполз ближе к костру. Его ноздри ощутили незнакомый запах. Он оглянулся вокруг и понял, что восхитительный аромат разносился от лежащей на огне оленины. Длинной веткой он вытащил мясо и несколько секунд рассматривал подрумянившуюся корочку. Потом Игу засмеялся и осторожно положил оленину на угли сырой стороной вниз. Мясо тихо зашипело на углях.
 
  - Это можно съесть? – услышал он голос Уви.
Мальчишка бросил свое рисование и с любопытством наблюдал за происходящим. Вместо ответа Игу снова достал мясо из огня и вонзил в него зубы. К его удивлению, оленина стала такой мягкой, что его челюстям даже не пришлось напрягаться, пережевывая пищу. Он с легкостью оторвал половину от ароматного куска и бросил мальчику. Тот проглотил его, почти не жуя, и с восторгом сказал:
- Давай сделаем так еще!
Но Игу пришла в голову другая идея.
 
  Женщины возвращались из леса. Они несли в селение богатую добычу. Утомленные долгой дорогой дети капризничали и дергали их за шкуры. Вся это шумящая толпа появилась на поляне в тот момент, когда Игу закончил жарить последние куски оленины. Болтовня женщин и крики детей внезапно смолкли, словно новый упоительный аромат лишил всех дара речи. Первой пришла в себя Уна:
 
- Игу, что здесь происходит?- громко спросила она.
- Тихо! - повелительно сказал Игу, продолжая колдовать у костра.
 
  Давно уже Уна не слышала, чтобы ее муж говорил таким тоном. От неожиданности она замолчала. А он тем временем раздавал свое угощение. Сначала все смотрели на непривычную пищу с недоверием, но после первого съеденного куска в толпе прокатился звук восхищения. Довольные женщины переглядывались друг с другом. А Уви, не умолкая, рассказывал, как Игу придумал кинуть оленя в огонь!
 
  Постепенно разговоры утихли. Женщины принялись разносить по пещерам свою добычу и уснувших детей. Некоторые из них с интересом поглядывали на Игу, но Уна, заметив эти взгляды, взяла его за руку и утащила в пещеру.
 
- Ты устал,- сказала она. – Иди спать.
  Муж хотел ей возразить, но внезапно понял, что она права. Он лег на шкуру и уже не слышал, как поздно ночью вернулось с охоты его племя. Не слышал он и тех рассказов, которыми сытые женщины встречали своих мужей.
 
  Утром Уна не дергала его как обычно. Он открыл глаза и увидел ее сидящей у входа в пещеру.
- Пойдем, - сказала она кротко. – Тебя ждет племя.
Игу потер затекшую ногу и вышел наружу, щурясь от солнца. На большой поляне стояло притихшее племя.
- Что-то случилось? – спросил он.
 
Вперед вышел седой старый вождь:
- Скажи нам, Игу, что такое ты вчера придумал? Наши жены всю ночь не давали нам спать, рассказывая о тебе!
- Пусть он лучше покажет! – выкрикнул из толпы женский голос. – Мы уже все приготовили.
Толпа расступилась, открывая Игу путь к костру. На каменных плитах лежала разделанная оленья туша.
 
- Мне нужен помощник,- громко сказал мужчина. – Уви! Беги сюда!
 
  Все внимательно смотрели на Игу. В его движениях и словах снова появилась присущая ему уверенность. Затаив дыхание, племя следило за тем, что он делает. А Игу взял самый большой кусок хорошо прожаренного мяса и  протянул его седому старику. На поляне царила тишина. Все ждали, что скажет вождь.
 
  Старик осторожно начал есть.
- Это вкусно, – наконец сказал он. – Я думаю, что наш храбрый Игу открыл нам удивительное чудо! Охотники, попробуйте вашу добычу!
  Голодные мужчины набросились на еду. Тут и там раздавались одобрительные возгласы. А когда  племя утолило голод, вождь жестом приказал всем замолчать. В его руках появился трезубец из рогов оленя - амулет Первого Охотника племени.
 - Сегодня это твое, Игу! - сказал старик.
И все мужчины до одного подняли руку в одобрительном жесте.
 
  Игу был сильным охотником, но в этот момент у него от чего-то перехватило горло. Но, как и раньше, он с высоко поднятой головой принимал признание племени, не обращая внимания на мучившую его боль. Оказывается, вовсе не обязательно иметь здоровые ноги, чтобы тебя оценили.
 
  Ночью в пещере около Игу тихо дышала спящая Уна.  А он думал о том, что жарить каждый кусок мяса было очень утомительно. Вот если бы придумать что-то, чтобы класть на угли сразу несколько кусков? Палка не подойдет, сгорит... Нужно что-то, что не боится огня?.. Но что не боится огня?.. Что?.. С этом мыслью он уснул беспокойным сном.
 
  До появления железных шампуров оставалось всего несколько сотен тысячелетий.
Конец.

СсылкаПожаловаться

мяса бы)))
СсылкаПожаловаться
Комментарий удален.Почему?
1345678914
Чтобы оставить комментарий, вам нужно авторизоваться.
Вы не ввели текст комментария
Вы не ввели текст комментария
Подпишитесь на нас