Mail.RuПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты
Интервью с Юлией Колода
Только 10% эмбрионов нормальные
Российская империя
Как одевали детей
10 историй
Звезды занимаются спортом с детьми
25 января 2011, 15:34, Досуг, Обо всём на свете

День Поэзии: Серебряный век.

Здравствуйте, уважаемые форумчане!
Сегодня - последняя тема, посвященная Серебряному веку русской поэзии. Я предлагаю вам вспомнить о литературе русского зарубежья, о поэтах "первой волны" эмиграции.

Основной причиной возникновения русской эмиграции в 1917-1925 годы
является неприятие революции октября 1917 года, страх перед ее кровавыми
расправами со "старым" миром, гибель белого движения, гражданская
война, в огне которой было уничтожено 9 миллионов человек.

Расстрел в 1921 году поэта Николая Гумилева стал сигналом для русских литераторов.

В результате большевистского террора возникает мощные эмигрантские
потоки, один из которых был направлен на Европу (в основном, Париж,
Берлин), а другой - на Восток (в Манчжурию и Китай). Советским декретом 1921 года все эмигранты лишались гражданства и стали "безродными". истинной "родиной" диаспоры, объединявшей всех эмигрантов, была русская
литература. По скромным подсчетам "первая волна" вынесла на западный и
восточный берега около 2 миллионов наших соотечественников,
жизнедеятельность которых протекала в сфере литературы или была с ней
тесно связана. Литература же оставалась основной носительницей русского национального
начала, прочным фундаментом жизни наших бывших соотечественников.
Русский интеллигент в изгнании, водитель такси в Париже или рабочий на
заводе "Рено" не без основания осознавали: Пушкин и Тютчев (столь
непереводимые на чужие языки) - их исключительная национальная
собственность. Не случайно, когда "сталинская" Россия в 1937 году
торжественно отметила столетие со дня смерти Пушкина, ища в нем убежище
от невыносимой жизни, она "сошлась" с эмиграцией: и там и тут поэзия
Пушкина помогала духовному сопротивлению трудностям существования. Центром русской эмиграции "первой волны" по праву считается Париж, где в
начале 20-х годов проживало более 150 тысяч "отверженных. Здесь жил
Иван Бунин, Марина Цветаева, Зинаида Гиппиус и Дмитрий Мережковский,
Александр Куприн.Вторым центром русской эмиграции 20-х годов становится Берлин - как наиболее "дешевый" для проживания город. В эти годы в Берлине живут и работают такие видные русские писатели, как
Илья Эренбург и Виктор Шкловский, Владимир Лидин и Андрей Белый, Борис
Зайцев и Нина Берберова.
В 20-е годы существуют десятки журналов и газет русских эмигрантов.
Так, например, с 1921 года в Берлине выходит критико-биографический
журнал "Новая русская книга", в котором печатаются рецензии на новые
книги, библиография и литературная хроника, статьи о литературе и
писателях. Основной целью журнал ставил объединение и восстановление
русской литературы (эмигрантской и зарубежной).

В Париже с 1920 года выходит журнал "Грядущая Россия", соредакторами
которого становятся Марк Алданов и Алексей Толстой. В нем печатается
"Хождение по мукам" А.Н. Толстого, стихи В. Набокова, рассказы Н. Тэффи,
лирика Н. Минского. Другой парижский журнал - "Современные записки" был
направлен против Октябрьской революции. Его авторы (Гиппиус,
Мережковский, Бердяев, Бунин, Ремизов) ратовали за программу
демократического обновления России.

Мы затрагивали не одно имя, упомянутое здесь. Давайте сегодня вспомним тех, о ком речь не шла:
Владимир Набоков
Александр Вертинский
Ирина Одоевцева

Добавляйте стихи и имена!


Для того, чтобы отдать свой голос, необходимо зарегистрироваться или войти
Тема закрытаТема скрыта
Жалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Tatiana Steegh, 1 ребенок
Танго "Магнолия"

В бананово-лимонном Сингапуре, в бури,
Когда поет и плачет океан
И гонит в ослепительной лазури
Птиц дальний караван...

В бананово-лимонном Сингапуре, в бури,
Когда у Вас на сердце тишина,
Вы, брови темно-синие нахмурив,
Тоскуете одна.

И нежно вспоминая
Иное небо мая,
Слова мои, и ласки, и меня,
Вы плачете, Иветта,
Что наша песня спета,
А сердце не согрето

Без любви огня.
И, сладко замирая от криков попугая,
Как дикая магнолия в цвету,
Вы плачете, Иветта,
Что песня недопета,
Что это
Лето
Где-то
Унеслось в мечту!

В опаловом и лунном Сингапуре, в бури,
Когда под ветром ломится банан,
Вы грезите всю ночь на желтой шкуре,
Под вопли обезьян.

В бананово-лимонном Сингапуре, в бури,
Запястьями и кольцами звеня,
Магнолия тропической лазури,
Вы любите меня.

Вертинский А. 1931
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Татьяна, с именинами :))) Очень рада видеть Вас в нашей теме :)))
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Tatiana Steegh, 1 ребенок
спс) я как-то не попадаю обычно)
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Здравствуйте, Фиона! Нну, сегодня я, похоже, буду только рядом стоять)))
Вертинского очень любил мой покойный отец. Дома было много пластинок, но мне не нравился его манерный голос))) Что поделать-с детства нравились брутальные дяденьки))))
А позже узнала и другие его произведения, которых не было на отцовских пластинках, выпущенных во времена коммунизма...
То, что я должен сказать

Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть недрожавшей рукой,
Только так беспощадно, так зло и ненужно
Опустили их в Вечный Покой!

Осторожные зрители молча кутались в шубы,
И какая-то женщина с искаженным лицом
Целовала покойника в посиневшие губы
И швырнула в священника обручальным кольцом.

Закидали их елками, замесили их грязью
И пошли по домам — под шумок толковать,
Что пора положить бы уж конец безобразью,
Что и так уже скоро, мол, мы начнем голодать.

И никто не додумался просто стать на колени
И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране
Даже светлые подвиги — это только ступени
В бесконечные пропасти — к недоступной Весне!

Октябрь 1917
Москва
http://www.youtube.com/watch?v=hKufd8NXQ...

Ваши пальцы

Ваши пальцы пахнут ладаном,
А в ресницах спит печаль.
Ничего теперь не надо нам,
Никого теперь не жаль.

И когда Весенней Вестницей
Вы пойдете в синий край,
Сам Господь по белой лестнице
Поведет Вас в светлый рай.

Тихо шепчет дьякон седенький,
За поклоном бьет поклон
И метет бородкой реденькой
Вековую пыль с икон.

Ваши пальцы пахнут ладаном,
А в ресницах спит печаль.
Ничего теперь не надо нам,
Никого теперь не жаль.

1916
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Доброго времени суток :))))
Можете и постоять, но смотрю, всё же приняли участие в теме :))) И это хорошо :)))) Я вам рада :)))
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
)))Вертинский знаком с детства))) Но не более, к сожалению(( А вот Набоков....у меня идёт стойкое его неприятие после "Лолиты", и ничего я с собой не могу поделать(((Хотя на портретах-очень располагающий, милейший дядечка(((
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Попробуйте почитать его стихи. Я с них начинала знакомство с Набоковым :)))
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Спасибо, попробую... А то только прозу читала...
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Да, вы правы, Фиона-стихи Набокова у меня получше пойдут...
Владимир Набоков

РАССТРЕЛ

Бывают ночи: только лягу,
в Россию поплывет кровать;
и вот ведут меня к оврагу,
ведут к оврагу убивать.

Проснусь, и в темноте, со стула,
где спички и часы лежат,
в глаза, как пристальное дуло,
глядит горящий циферблат.

Закрыв руками грудь и шею,-
вот-вот сейчас пальнет в меня!-
я взгляда отвести не смею
от круга тусклого огня.

Оцепенелого сознанья
коснется тиканье часов,
благополучного изгнанья
я снова чувствую покров.

Но, сердце, как бы ты хотело,
чтоб это вправду было так:
Россия, звезды, ночь расстрела
и весь в черемухе овраг!
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Во-от, хорошо :))) Может, потом и проза по-другому прочтётся. Добавляйте к посту с его биографией :)))
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Мадам, уже падают листья

На солнечном пляже в июне
В своих голубых пижама
Девчонка — звезда и шалунья —
Она меня сводит с ума.

Под синий berceuse океана
На желто-лимонном песке
Настойчиво, нежно и рьяно
Я ей напеваю в тоске:

«Мадам, уже песни пропеты!
Мне нечего больше сказать!
В такое волшебное лето
Не надо так долго терзать!

Я жду Вас, как сна голубого!
Я гибну в любовном огне!
Когда же Вы скажете слово,
Когда Вы придете ко мне?»

И, взглядом играя лукаво,
Роняет она на ходу:
«Вас слишком испортила слава.
А впрочем... Вы ждите... приду!..»

Потом опустели террасы,
И с пляжа кабинки свезли.
И даже рыбачьи баркасы
В далекое море ушли.

А птицы так грустно и нежно
Прощались со мной на заре.
И вот уж совсем безнадежно
Я ей говорил в октябре:

«Мадам, уже падают листья,
И осень в смертельном бреду!
Уже виноградные кисти
Желтеют в забытом саду!

Я жду Вас, как сна голубого!
Я гибну в осеннем огне!
Когда же Вы скажете слово?
Когда Вы придете ко мне?!»

И, взгляд опуская устало,
Шепнула она, как в бреду:
«Я Вас слишком долго желала.
Я к Вам... никогда не приду».

1930
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Концерт Сарасате

Ваш любовник скрипач, он седой и горбатый.
Он Вас дико ревнует, не любит и бьет.
Но когда он играет «Концерт Сарасате»,
Ваше сердце, как птица, летит и поет.

Он альфонс по призванью. Он знает секреты
И умеет из женщины сделать «зеро»...
Но когда затоскуют его флажолеты,
Он божественный принц, он влюбленный Пьеро!

Он Вас скомкал, сломал, обокрал, обезличил.
Femme de luxe он сумел превратить в femme de chambrc.
И давно уж не моден, давно неприличен
Ваш кротовый жакет с легким запахом амбр.

И в усталом лице, и в манере держаться
Появилась у Вас и небрежность, и лень.
Разве можно так горько, так зло насмехаться?
Разве можно топтать каблуками сирень?..

И когда Вы, страдая от ласк хамоватых,
Тихо плачете где-то в углу, не дыша, —
Он играет для Вас свой «Концерт Сарасате»,
От которого кровью зальется душа!

Безобразной, ненужной, больной и брюхатой,
Ненавидя его, презирая себя,
Вы прощаете все за «Концерт Сарасате»,
Исступленно, безумно и больно любя!..

1927
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Маленький креольчик

Вере Холодной

Ах, где же Вы, мой маленький креольчик,
Мой смуглый принц с Антильских островов,
Мой маленький китайский колокольчик,
Капризный, как дитя, как песенка без слов?

Такой беспомощный, как дикий одуванчик,
Такой изысканный, изящный и простой,
Как пуст без Вас мой старый балаганчик,
Как бледен Ваш Пьеро, как плачет он порой!

Куда же Вы ушли, мой маленький креольчик,
Мой смуглый принц с Антильских островов,
Мой маленький китайский колокольчик,
Капризный, как дитя, как песенка без слов?..

1916
Москва
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
В синем и далеком океане

Вы сегодня нежны,
Вы сегодня бледны,
Вы сегодня бледнее луны...
Вы читали стихи,
Вы считали грехи,
Вы совсем как ребенок тихи.

Ваш лиловый аббат
Будет искренно рад
И отпустит грехи наугад...
Бросьте ж думу свою,
Места хватит в раю.
Вы усните, а я вам спою.

В синем и далеком океане,
Где-то возле Огненной Земли,
Плавают в сиреневом тумане
Мертвые седые корабли.
Их ведут слепые капитаны,
Где-то затонувшие давно.
Утром их немые караваны
Тихо опускаются на дно.
Ждет их океан в свои объятья,
Волны их приветствуют, звеня.
Страшны их бессильные проклятья
Солнцу наступающего дня...

1927
Польша, Краков
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
))))А это Глеб Жеглов пел)))
Лиловый негр

В. Холодной

Где Вы теперь? Кто Вам целует пальцы?
Куда ушел Ваш китайчонок Ли?..
Вы, кажется, потом любили португальца,
А может быть, с малайцем Вы ушли.

В последний раз я видел Вас так близко.
В пролеты улиц Вас умчал авто.
И снится мне — в притонах Сан-Франциско
Лиловый негр Вам подает манто.

1916
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Мышна, 1 ребенок
Сероглазочка

Я люблю Вас, моя сероглазочка,
Золотая ошибка моя!
Вы — вечерняя жуткая сказочка,
Вы — цветок из картины Гойя.

Я люблю Ваши пальцы старинные
Католических строгих мадонн,
Ваши волосы сказочно-длинные
И надменно-ленивый поклон.

Я люблю Ваши руки усталые,
Как у только что снятых с креста,
Ваши детские губы коралловые
И углы оскорбленного рта.

Я люблю этот блеск интонации,
Этот голос — звенящий хрусталь,
И головку цветущей акации,
И в словах голубую вуаль.

Так естественно, просто и ласково
Вы, какую-то месть затая,
Мою душу опутали сказкою,
Сумасшедшею сказкой Гойя...

Под напев Ваших слов летаргических
Умереть так легко и тепло.
В этой сказке смешной и трагической
И конец, и начало светло...

1915
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Lilia Haliulin

СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Lilia Haliulin
Дым без огня
Александр Вертинский

Вот зима. На деревьях цветут снеговые улыбки.
Я не верю, что в эту страну забредет Рождество.
По утрам мой комичный маэстро печально играет на скрипке,
И в снегах голубых за окном мне поет Божество.

Мне когда-то хотелось иметь золотого ребенка,
А теперь я мечтаю уйти в монастырь, постареть
И молиться у старых притворов, печально и тонко
Или, может, совсем не молиться, а эти же песенки петь.

Все бывает не так, как мечтаешь под лунные звуки,
Всем понятно, что я не уйду никуда,
Что сейчас у меня есть обиды, долги, есть собачка, любовница, муки.
И что все это - так... пустяки... просто дым без огня.
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Lilia Haliulin
В хрусталльный шар заключены мы были...
Николай Набоков

В хрусталльный шар заключены мы были,
И мимо звезд летели мы с тобой,
Стремительно, безмолвно мы скользиль
Из блеска в блеск блаженно-голубой.
И небыло ни прошлого, ни цели,
Нас вечности восторг соединил
По небесам обнявшись мы летели,
Ослеплены улыбками светил.
Но чей-то вздох разбил наш шар хрустальный,
Остановил наш огненый порыв,
И поцелуй прервал наш безначальный,
И в пленный мир нас бросил, разлучив,
И на земле мы многое забыли,
Лишь изредка воспомнится во сне
И трепет наш, и трепет звездной пыли,
И чудный гул, дрожавший в вышине.
Хоть мы грустим и радуемся розно,
Твое лицо, средь всех прекрасных лиц
Могу узнать по этой пыли звездной,
Оставшейся на кончиках ресниц...
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Дарт Вейдер
Простите, но Набоков - Владимир Владимирович.
Уж никак не Николай.
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Lilia Haliulin
В хрусталльный шар заключены мы были...
Владимир Набоков

В хрусталльный шар заключены мы были,
И мимо звезд летели мы с тобой,
Стремительно, безмолвно мы скользиль
Из блеска в блеск блаженно-голубой.
И небыло ни прошлого, ни цели,
Нас вечности восторг соединил
По небесам обнявшись мы летели,
Ослеплены улыбками светил.
Но чей-то вздох разбил наш шар хрустальный,
Остановил наш огненый порыв,
И поцелуй прервал наш безначальный,
И в пленный мир нас бросил, разлучив,
И на земле мы многое забыли,
Лишь изредка воспомнится во сне
И трепет наш, и трепет звездной пыли,
И чудный гул, дрожавший в вышине.
Хоть мы грустим и радуемся розно,
Твое лицо, средь всех прекрасных лиц
Могу узнать по этой пыли звездной,
Оставшейся на кончиках ресниц...
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Катько, 1 ребенок
Разрешите добавить стихотворение памяти Николая Гумилева...
Господин офицер, вы еще не одеты?
Небо смотрит нахмуренно и свысока.
А вдали, в розоватых брабантских манжетах,
Облака, облака, облака, облака...
Господин офицер, что же вы загрустили?
Умирают не только герои в стихах.
Видно, Бог и судьба все же вам отпустили
Три высоких креста на граненых штыках.
Господин офицер, это ясно и просто:
Революция, царь - кто там прав, кто не прав.
Первый крест - крест Георгия Победоносца
Не отнять, даже с мясом с мундира сорвав.
Господин офицер, руки за спину молча.
Сапоги, гимнастерка - все сняли: убрать!
Крест нательный - накинулись стаею волчьей...
Ничего: это в сердце, а там не достать.
Господин офицер, третий крест - в изголовье.
В небесах уже явно бушует рассвет:
Кружева облаков наливаются кровью,
Принимая багрово-торжественный цвет,
И несутся принять под защиту и стражу,
Но надежен затвор и проверен прицел,
Отработанный залп! А поэзия как же?
Господин офицер... Господин офицер!
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Не просто разрешаю, а очень даже приветствую :))) Пожалуйста, не забывайте указывать автора - Андрей Белянин
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Катько, 1 ребенок
:) Простите, забылась :)
СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Фиона Амберская, 2 ребенка, беременна 14 недель
Владимир Владимирович Набоков (литературный псевдоним - Сирин) родился в Петербурге в родовитой и богатой дворянской семье. Среди его именитых предков - министры юстиции, исследователи Новой Земли, коменданты Петропавловской крепости.

Его отец - Владимир Дмитриевич Набоков - крупнейший деятель кадетской партии, отстаивавший устно и письменно необходимость для России конституционных свобод (за что отсидел в тюрьме "Кресты" три месяца). В.Д. Набоков был англоманом, поэтому его привязанности не могли не отразиться на воспитании сына. Будущий писатель получил блестящее образование, великолепно читал и писал на английском языке (на первых порах - лучше, чем на русском).

Кроме английского и русского мальчик в совершенстве знал несколько других европейских языков, увлекался теннисом, играл в шахматы, страстно и на всю жизнь - энтомологией (наукой о насекомых). Обучение он продолжил в престижном Тенишевском училище. Путь в литературе он начинал как поэт: 1914, 1916 и 1918 годах В. Набоков на средства отца выпускает три поэтических сборника. Более зрелыми художественными плодами вместе с тем признано считать книжки поэзии "Гроздь" и "Горький путь" (1923). Эти сборники - результат не только художественной эволюции поэта, но и - в значительной степени - революционных перемен в судьбе его семьи и России. Семья В.Д. Набокова оказывается на юге, где он становится министром юстиции "белого" Крымского правительства ив 1919 году семья уезжает в Лондон.

В. Набоков поступает в Кембриджский университет, где успешно изучает французскую литературу и энтомологию, а в 1922 году перебирается в Берлин.

Так начинался эмигрантский период в его жизни и творчестве. Здесь, на страницах берлинской газеты "Руль" появляются стихи и рассказы молодого писателя, взявшего псевдонимом имя райской птицы - Сирин. Литературная известность приходит к Сирину после выхода первого в его творчестве "русского" романа "Машенька". В последующие годы на русском языке им будет написано восемь романов, нес колько десятков рассказов (сборники "Возвращение Чорба", 1930; "Соглядатай", 1938; "Весна в Фиальте", 1956), сотни стихотворений, ряд пьес ("Смерть", "Событие", "Изобретение Вальса" и др.). Кроме этого - обширное англоязычное творчество (с 1940 года) - романы "Истинная жизнь Себастьяна Найта", "Под знаком незаконнорожденных", "Пнин", "Ада", "Бледный огонь", "Лолита", "Прозрачные вещи", "Взгляни на Арлекинов", автобиографическая проза, цикл лекций о русской литературе, книга-интервью "Твердые мнения", многочисленные переводы русской классики (например, его перевод "Евгения Онегина" в 4-х томах: 3 тома комментариев).

В 20-30-е годы известность Набокова в среде русских эмигрантов неуклонно возрастает. Одни (Нина Берберова, Вл. Ходасевич) приветствовали его как первого писателя, сформированного в условиях эмиграции, которому удалось сказать существенно новое слово. Другие (строгий Георгий Адамович), признавая писателя, относились к нему настороженно, вскрывая негуманистическую, модернистскую суть его писаний.В конце 30-х годов жизнь в гитлеровской Германии становится невыносимой и писатель, спасая от гетто жену, уезжает сначала во Францию (1937), а затем - бежит от нацистов за океан - в США (1940).

Первое время он преподает в университетах и много пишет. Скандал, разразившийся вокруг романа "Лолита" (1955), объявленного цензурой "порнографическим", превращает Набокова в писателя с мировым именем.Набоков - писатель-интеллектуал, превыше всего ставящий игру воображения, ума, фантазии. Судьба интеллекта, одиночество и свобода, личность неординарная и тоталитаризм, любовь и безнадежность -плодоносящая основа его творчества. Критики эмиграции сходились, отмечая "точную образность" его письма и его энергитичность, "сухость" и "блестящую резкость" языка, "физиологическую жизненность" описаний и "сочность и красочность" их. И вместе с тем - Сирин, его творчество по сей день остается неразгаданной и непонятой до конца страницей русско-американской словесности.

С 1961 года Набоков жил в Швейцарии, где умер в 1977 году. Похоронен писатель в деревушке Клеранс, возле небольшого курортного города Монтре, на берегу Женевского озера.


СсылкаЖалоба принята. Спасибо!Пожаловаться
Поделиться темой:

Рекомендуем прочесть

Подпишитесь на нас